Капитализм – система без будущего

Актуальные темы Политическая безопасность Самое интересное

Посвящаю эту книгу памяти моего друга
Василия Тюкачёва (1967–2002).
Как жаль, Вася, что ты никогда не прочтёшь её…

К.ДЫМОВ. Капитализм — система без будущего

Критический анализ современного капитализма и тенденций его развития

Книга первая
Львов – 2010
Содержание:
Предисловие
Основной экономический закон капитализма..................................... 16
Часть первая. Экономическая система современного капитализма

1. Современные производительные силы.
Информационная революция ............................................. 57
2. «Информация» – политико-экономический анализ......................... 189
3. Господство монополий..................................................................... 313
4. Паразитизм класса капиталистов...................................................... 393
5. Империализм, глобализация и угнетение отсталых наций (нач.)..... 449
6. Империализм, глобализация и угнетение отсталых наций (оконч.). 549
7. Положение современного рабочего класса...................................... 605
8. Неэффективность наёмного труда при нынешнем развитии
производительных сил.................................................................. 670
9. Финансовая нестабильность. Грядущий финансовый крах............. 716
10. Экономические кризисы................................................................. 797

«Коммунизм не есть случайный зигзаг истории. Он имеет глубокие корни в самих основах человеческого бытия. История ещё не сказала последнее слово. Если даже на планете не останется ни одной коммунистической страны и ни одного коммуниста по убеждениям, это ещё не будет означать, что коммунизм исчез навечно! Человечество, так или иначе, начнёт новый цикл борьбы за коммунизм. Возможно, под другим названием, с другими лозунгами, но, по сути, за то же самое. Посткоммунистическая эра есть лишь затаённая мечта антикоммунистов и безответственная фраза демагогов»
(Александр Зиновьев, бывший диссидент)

Предисловие
В 1991 году капитализм одержал победу, которая многим представляется окончательной и бесповоротной. Первое в мире и самое могущественное социалистическое государство – Советский Союз, просуществовавшее семь десятилетий, было разрушено врагами, и на его месте образовались полтора десятка жалких «независимых» бантустанов, быстро превратившихся в отсталые задворки «цивилизованного мира». Мировая система социализма фактически перестала существовать, произошёл глобальный «откат» из социализма в капитализм. События конца XX века привели к тому, что в настоящее время в мире снова господствует капиталистический способ производства. Мировой Капитал празднует победу, его идеологи безапелляционно заявляют о том, что будто бы социализм не выдержал конкуренции с капитализмом и показал свою несостоятельность, и что с коммунизмом покончено раз и навсегда. Кое-кто заговорил даже о «конце истории»… [1]

Однако после окаянного 91-го года мир стал развиваться не совсем так, как поначалу предрекали буржуазные нострадамусы и ванги. Прежде всего, капитализм сам показал – уж, по крайней-то мере, на территории бывшего СССР – свою полную несостоятельность. Вспомните: все нобелевские светила однозначно предсказывали бурный хозяйственный рост, «экономические чудеса» после демонтажа «административно-командной системы». Дескать, плановая экономика настолько неэффективна, настолько порочна, что, стóит только её устранить, стóит только дать волю свободному предпринимательству, как сразу же наступит благоденствие! Устранили – и благоденствие тотчас же наступило! Для пяти процентов населения, в основном связанных с преступным миром или «высшими эшелонами власти». При этом валовой национальный продукт упал в 2–3 и более раз (неслыханное падение для условий мирного времени!), а основная масса населения в короткие сроки превратилась в нищих. И только в середине 2000-х наметилось какое-то оживление экономики.

Разумеется, вдохновенные апологеты капитализма отказались признать крах своих либеральных экономических моделей и нашли всему произошедшему «убедительное» объяснение. У нас, мол, не построен «нормальный», «цивилизованный», «социально-ориентированный» капитализм. У нас построен «дикий» капитализм. Тому причинами: трудности «переходного периода», «наследие тоталитарного прошлого», «советский (“совковый”) менталитет» и т.д. и т.п. Но когда-нибудь (это «когда-нибудь» постепенно отодвигается в неопределённое будущее) мы всё равно придём к «правильному» капитализму. И уж тогда заживём…[2]

Но и в «правильном» мире капитализма далеко не всё в ажуре. Обещанный рай там так и не наступил. История вроде бы уже «заканчивается», но противоречия почему-то по-прежнему возникают и обостряются, и решений возникающих проблем не видно. Меры, предпринимаемые правительствами и международными институциями, лишь на некоторое время ослабляют остроту проблем, но при этом их полное разрешение ещё более отдаляется. На каждом шагу мы видим, как капитализм заходит в глухой тупик, и, тем не менее, он остаётся чем-то незаменимым, незыблемым, чем-то «само-собой-разумеющимся» для большинства жителей Земли. Многие готовы признать наличие у него отдельных недостатков, но если кто-то ставит вопрос об уничтожении капиталистических отношений вообще, это часто воспринимается как несбыточные мечтания романтиков, фанатизм или даже психическое отклонение. Именно так! С точки зрения добропорядочного обывателя, человек, стойко сохраняющий коммунистические убеждения после всего того, что произошло в 91-м, – либо твердолобый фанатик, отказывающийся принять очевидную истину, либо сумасшедший. «Ну, разве может нормальный человек всё ещё верить в коммунизм, в эту недостижимую утопию?! Разве может здравомыслящий человек продолжать безнадёжную борьбу с Капиталом?! Ведь капитализм уже доказал своё полное превосходство, убедительно доказал своей победой над социализмом!»

Всерьёз воспринимать эту «победу» как неопровержимое доказательство вечности капиталистического строя, его абсолютного превосходства над другими возможными формами мироустройства могут только примитивные люди, не знающие и не понимающие законов диалектики. (Хотя, к великому сожалению, в наше время таких людей всё ещё – подавляющее большинство. Большинство, именно подавляющее прогрессивное меньшинство своею тёмной массою!) История не движется по монотонно восходящей прямой; она движется по спирали, и в ходе этого сложного и противоречивого движения нередко происходят отступления назад. Очень часто в истории бывало так, что новый, прогрессивный строй терпел в какой-то момент поражение в борьбе со старым, отжившим себя строем.

И в этом нет ничего удивительного. Историческое развитие происходит в процессе жестокой классовой борьбы, борьбы передовых классов, стремящихся установить прогрессивный общественный строй, с реакционными классами, которые пытаются любой ценой удержать своё господство. На определённом этапе все защитники старого мира объединяются, сплачиваются и, собрав воедино последние силы – немалые пока ещё силы, – наносят-таки временное поражение пионерам нового, такого ещё юного и неокрепшего, мира. Но всё же колесо истории невозможно надолго остановить или заставить вращаться в обратную сторону. Каждая победа реакции всенепременно оказывается преходящей, пирровой. Все резервы её исчерпаны, последние силы затрачены на «победу», а новых взять уже неоткуда, в то время как прогрессивные элементы растут, набираются опыта борьбы и готовятся к решительной атаке. И самое главное: развитие производительных сил настоятельно требует смены устаревших производственных отношений, мешающих дальнейшему росту. А против этого требования ничто и никто в мире не может устоять…

Изучая всемирную историю, мы всюду обнаруживаем проявление своего рода диалектической триады «революция – контрреволюция – “окончательная” революция», всюду обнаруживаем чередование «волн» революции и реакции, заканчивающееся в итоге всё же полной победой прогрессивных сил; и яркими примерами тому – буржуазные революции в Англии и Франции. Так что даже исходя из самой примитивной исторической аналогии, не углубляясь в политико-экономический анализ, можно уже высказать сомнение в бесповоротности «победы» капитализма.

Миф о вечности и «окончательности» капитализма, культивируемый и навязываемый буржуазной пропагандой, в значительной мере поддерживается метафизичностью обыденного сознания и пресловутым «здравым смыслом». Увы! Среднестатистический «современный человек», независимо от классовой принадлежности и уровня своего образования, имеет обыкновение мыслить метафизически, отнюдь не диалектически. (Где-то мне довелось встретить любопытное утверждение, будто за всю историю человечества лишь четыре гения – Гегель, Маркс, Энгельс и Ленин – были диалектиками, так сказать, «на все сто», то есть людьми, в полной мере способными мыслить диалектически. Мнение это, конечно, весьма спорно, но из собственного опыта знаю: освоить диалектику – именно освоить, а не вызубрить её основные положения для сдачи экзамена по философии – совсем не просто. Вроде, знаешь хорошо все законы и принципы диалектики, и пытаешься сознательно применять их, но нет-нет да и «скатываешься на метафизику»!)

Диалектический ум воспринимает мир в противоречии и развитии; метафизический, напротив, представляет себе действительность как нечто «гладкое» и застывшее, если и меняющееся, то только количественно, но никак не качественно. В силу метафизичности мышления «обычным» людям и свойственно полагаться на «здравый смысл» и считать категории сегодняшнего дня, которыми они оперируют ежеминутно в своей повседневной деятельности, естественными и вечными.

«Простому человеку», даже имеющему определённую «образованность», совсем не легко понять, что такие категории, как «частная собственность», «товар», «деньги», «прибыль» и т.д., вовсе не являются «раз и навсегда данными». Все эти вещи были совершенно незнакомы древнейшим людям; они возникли лишь на определённом этапе развития производительных сил и исчезнут, когда это развитие достигнет достаточно высокой ступени. Но поскольку «простой человек» ежедневно покупает товары, расплачиваясь за них деньгами, стремится к получению наибольшей выгоды для себя и мечтает о богатстве, об обладании «собственностью», то товарно-денежные отношения кажутся ему абсолютно естественными, вечными и единственно возможными. Соответственно, капиталистический строй тоже представляется ему естественным и вечным – в противоположность «коммунистической утопии», которую можно только «насильственно навязать» путём противоестественных декретов. Мир, в котором люди работают бесплатно и безо всякого принуждения, лишь по велению сердца и в своё удовольствие, мир, в котором люди могут бесплатно взять с общественного склада всё, что им нужно для удовлетворения их разумных потребностей, представляется «товарно-денежному» человеку абсурдным, ненормальным и, безусловно, невозможным [3].

А ведь точно так же, между прочим, и рабовладельческий строй казался людям той поры естественным и вечным! Современный человек, привыкший «сам продавать себя» и получать плату за свой труд, находит диким и ненормальным торговать людьми как скотом и принуждать их работать «бесплатно», но люди, жившие тогда, считали всё это совершенно нормальным и само собой разумеющимся.

В действительности коммунизм противоречит не некой абстрактной «природе человека», но конкретной «природе» буржуазного или обуржуазившегося человека, с младых ногтей взращённого на товарно-денежных отношениях и представляющего их, вследствие своего общественного воспитания, вследствие своего метафизического, специфически «товарного» мышления, извечными и единственно возможными. Точно так же и сам капитализм противоречил бы «природе» античного человека, воспитанного на отношениях рабства.

Однако именно по причине господства в общественном сознании товарного фетишизма, в силу инерции «товарного мышления», отражающего в головах людей их капиталистическое общественное бытие и закрепляющего его, развенчать Великий Капиталистический Миф совсем непросто. Но делать это нужно, и делать это возможно только одним путём: показывать, наглядно и с цифрами в руках, что «естественные» капиталистические отношения исчерпали себя и потому должны быть заменены другими отношениями, более соответствующими достигнутому уровню развития производительных сил. И что именно коммунистические отношения, которые сегодня кажутся большинству людей благой утопией или безумными прожектами фанатиков, могут и должны стать в третьем тысячелетии нормой жизни.

Конечно, идеи коммунизма нынче не в моде. Коммунистическое движение пребывает в жесточайшем кризисе, и выхода из этого кризиса пока, увы, не видно. Средневековый мрак, опустившийся вновь на Землю, накрыл и притушил огонь Истины. Но огонь не погас совсем, и из теплящейся искры, которую сберегли коммунисты девяностых, может и должно с новой силой возгореться пламя. На рубеже тысячелетий прогрессивное трудовое человечество стало мало-помалу выходить из того состояния «нокдауна», в котором оно оказалось после трагедии 91-го.

О нарастании накала классовой борьбы можно судить хотя бы по тем боевым Первомаям, что в последние годы регулярно проходят в основных европейских столицах. (К сожалению, это пока что не относится к нашей стране, где День Международной солидарности трудящихся выхолощен в аморфно-беззубо-бесклассовый «День Мира и Труда», а для значительной части населения и вовсе превратился в Праздник Лопаты и Мотыги на дачном участке. Пусть же это будет укором нам, нищим и голодным, которым вроде бы нечего терять, кроме своих цепей, – бороться за своё право на достойную жизнь надо не на кухне и не на грядке, а на аренах классовых битв!) А известные события в Сиэтле в последний день осени 1999 года показали, что немалый революционный потенциал имеется даже в сытой и самодовольной Америке – этой «несокрушимой» цитадели империализма.

В последнее время мы начинаем всё больше убеждаться в том, что несмотря ни на какое «зомбирование» населения, коим так часто любят оправдывать свою беспомощную бездарность некоторые левые «вожди», политика империалистических держав встречает нарастающий отпор со стороны масс. Многолюдные манифестации против англо-американской агрессии в Ираке, прокатившиеся в США и Великобритании накануне войны, поколебали миф о якобы полной и безоговорочной поддержке политики империалистов трудящимися стран «Золотого миллиарда».

Наконец, на наших глазах возникло и набирает обороты антиглобалистское движение, объединяющее людей с различными взглядами, но одинаково не приемлющих «новый мировой порядок», навязываемый народам Земли транснациональным капиталом. В рядах этого движения мы видим энергичную, решительную, боевую молодёжь, готовую к непримиримой борьбе с мировой финансовой олигархией. Правда, антиглобалисты в значительной массе своей народ «сырой». Это очень разнородное, противоречивое движение, не имеющее единой, чёткой, последовательной и научной идейной базы. Их теоретическая слабость обусловливает идейные шатания и преобладание нигилистических настроений, чем умело пользуется официальная пропаганда для «примитивизации» и дискредитации антиглобалистов.

Отдельные движения и группы, примыкающие так или иначе к антиглобалистам, вообще проявляют полнейшую беспомощность в оценке современного мира. Так, например, «зелёные» (экологи) не понимают, что решение экологических проблем невозможно без устранения капитализма – главного ныне врага природы. Недостаточно ведь просто закрыть какое-либо экологически вредное предприятие или формально запретить промысел какого-то исчезающего вида животных. Нужно ещё покончить с действием экономических законов капитализма, которые заставляют капиталистов в погоне за прибылью создавать заведомо вредные и опасные производства или организовывать истребление несчастных зверушек с целью удовлетворить спрос богачей на меха и прочую экзотическую роскошь. Точно так же пацифисты, искренне желающие мира между народами, не понимают, что нельзя покончить с войнами, не покончив с капиталистическим строем, порождающим войны. А покончить с этим злом можно если и не путём насилия, то, во всяком случае, путём угрозы его применения по отношению к буржуазии и её прислужникам.

Более того, «правые» антиглобалисты, выражающие интересы определённых кругов национальной буржуазии, занимают откровенно реакционную позицию, поскольку отстаивают «доглобализованный» капитализм [4]. Их реакционность как раз и состоит в том, что они борются не с капитализмом, а с глобализацией, которая сама по себе есть явление прогрессивное. Глобализация – закономерный и необратимый процесс создания единой мировой экономики. Бороться с ней нужно лишь постольку, поскольку сейчас она используется в интересах Капитала, а не в интересах трудящихся всего мира. Поэтому единственно правильным лозунгом является лозунг: «Долой капитализм!», но никак не: «Долой глобализацию!».

Тем не менее, революционное пробуждение лучшей, думающей части молодёжи не может не радовать. Оно даёт нам надежду на возрождение коммунистического движения, надежду на то, что свежие, молодые силы начнут-таки «новый цикл борьбы за коммунизм», а затем и вышвырнут капитализм со сцены Истории. Но для этого необходимо внести в ряды стихийно протестующей молодёжи научное, классовое сознание. Нужно вооружить молодых борцов чётким знанием глубинных, а не поверхностных, причин возникновения кризисных явлений в современном мире, вооружить их пониманием тенденций мирового развития. Нужно дать подлинно научное решение т.н. мировых проблем, альтернативное тем шарлатанским рецептам, на которые не скупятся буржуазные учёные и политики.

Целью данной книги как раз и является: показать на материале анализа мировой экономики и политики – и по возможности сделать это простыми и доступными словами, – что капитализм практически исчерпал возможности восходящего развития; что его обостряющиеся противоречия не могут быть разрешены в его рамках; что капитализм порождает проблемы, которые не в состоянии решить. Выход может быть только один: Коммунизм. Как-то даже излишне оговаривать, что мой анализ современного капитализма будет строиться на базе марксистской методологии. Ведь иной научной теории, кроме марксизма, способной правильно объяснять «анатомию и физиологию» общества, капиталистического в том числе, не создано. Разумеется, речь идёт о творческом, развивающемся и обогащающемся марксизме.

В своих гениальных и никем доселе не опровергнутых трудах К. Маркс и Ф. Энгельс вскрыли сущность капиталистического способа производства и его антагонистические противоречия, выявили общие законы его функционирования и развития, его возникновения и гибели. Они раскрыли механизм капиталистической эксплуатации и тем самым доказали, что этот строй носит эксплуататорский характер. Также они детально исследовали ранние стадии развития капитализма и современный им домонополистический капитализм. Особенности империализма, т.е. монополистического капитализма, были раскрыты В. И. Лениным. Ни всеобщая теория капитализма, разработанная Марксом и Энгельсом, ни общая теория империализма, созданная Лениным, не поколеблены и, без сомнения, не могут быть поколеблены [5].

Вместе с тем монополистический капитализм в своём развитии тоже проходит определённые конкретные стадии, каждая из которых характеризуется своими специфическими особенностями. В одну из таких стадий – мы в этом будем неоднократно убеждаться – он вступил в наши дни, и в связи с этим требуется создание частной теории современного капитализма – монополистического капитализма начала XXI столетия. Мир серьёзно изменился за последние полвека, и эти изменения должны быть проанализированы и осмыслены марксистской наукой.

Прежде всего, существенные изменения произошли в производительных силах общества, определяющих, как известно, производственные отношения и, в конечном счёте, всю систему общественных отношений. Качественно изменился облик материального производства. Комплексная автоматизация и компьютеризация, использование новых источников энергии, появление супертехнологий, основанных на новейших открытиях физики, химии и биологии, а также высокоэффективных средств коммуникации, – эти достижения по своему воздействию на облик производства и вообще на жизнь людей не уступают промышленной революции конца XVIII – начала XIX века. Наука превратилась в одну из отраслей материального производства, а знания стали главнейшей производительной силой; произошла т.н. информационная революция. В связи с этим необходим детальный марксистский анализ – философский и экономический – самого понятия «информация» и той роли, которую информация во всех её «ипостасях» играет в жизни современного общества.

Существенно изменились структура экономики и структура производительных сил, изменилось содержание труда. Право, было бы величайшей глупостью смотреть на современное производство и современную капиталистическую экономику одними лишь «глазами Маркса», игнорируя или считая несущественными изменения, произошедшие за последние 150 лет, и в особенности за последние десятилетия.

Колоссальные преобразования произошли и во всех сферах общественного сознания, в самом строе мыслей человека. А ведь именно Человек, как совокупность всех общественных отношений, не абстрактный, но конкретный человек своей эпохи, есть едва ли не главный предмет марксистской науки. Именно конкретные Человеки совершают революции и творят мир, в котором живут. Потому-то обращаться с революционной «проповедью» нужно не к абстрактным пролетариям и не к пролетариям образца 1848-го или 1917-го года, но к конкретным современным пролетариям, обращаться к ним и говорить с ними о волнующих их проблемах и на их языке.

…Капитализм был и остаётся капитализмом. Его сущность не изменяется и не может измениться косметическими реформами, призванными сделать его более «гуманным», более «социальным». Точно так же империализм остаётся империализмом, как бы ни маскировался он «миротворчеством», «защитой демократических ценностей», «борьбой с терроризмом» и т. д. и т. п. Но капитализм меняется, мимикрирует, приспосабливается к новым условиям, пытаясь выжить и продлить своё поганое существование. И, чтобы успешно бороться с ним и побеждать его, необходимо хорошо его знать. А дать такое знание может только современный марксизм – марксизм XXI века, усвоивший все достижения человеческой культуры, осмысливающий все изменения, которые происходят в мире, но при этом ни в коей мере не противопоставляющий себя «старому» марксизму [6]. Нам нужен марксизм, который обращался бы к современному человеку и излагал свои идеи на языке современного человека, на языке компьютера, а не паровой машины. Только на такой идейно-теоретической основе, как мне кажется, и может быть воспитано новое, молодое, победоносное поколение борцов – коммунистов «компьютерной эры».

Предисловие к печатному изданию 2010 года

Свою книгу я писал, начиная с 2001 года, и завершил её весной 2007-го – ещё до начала экономического кризиса, который всеми признан, как самый мощный экономический кризис со времён Великой депрессии. Многие сделанные мною «кризисные» предсказания, как мне кажется, благополучно сбылись; некоторые пока не сбылись, но ведь ещё не вечер! А в ряде вопросов я, очевидно, ошибся… Так уж получилось, что книгу удаётся издать в «бумажном» (а не только электронном) виде лишь сейчас, в принципиально новой экономической и социальной обстановке, после того, как мир получил урок Кризиса. Но, готовя книгу к печати, я решил ничего в ней не менять; я решил оставить всё, как есть, не исправляя недочёты и не обновляя устарелый «фактаж», ограничившись лишь мелкими правками, большей частью – стилистическими. Я именно хочу, чтобы читатель посмотрел на «докризисную» книгу «послекризисными» глазами. По-моему, такой подход как раз и позволит более объективно и непредвзято оценить, есть ли всё-таки у капитализма будущее.

Я отнюдь не считаю свои теории, изложенные в книге, истиной в последней инстанции. Я всего лишь попытался понять существующий мир во всей его сложности и противоречивости, проанализировать те изменения, что произошли в экономике и прочих сферах общественной жизни за последние десятилетия. Насколько мне это удалось, судить не мне. Однако я с ходу отметаю нападки иных «ортодоксов», не приемлющих никаких «новаций», ищущих везде и всюду «отклонения от генеральной линии» и «ревизионизм». Нет ничего легче и проще, чем просто пересказывать и цитировать классиков марксизма, не замечая того, как изменяется вокруг мир (и не желая, соответственно, изменять себя!); риска впасть в «оппортунизм» при такой постановке научной работы нет ни малейшего, но и полезного эффекта, по-моему, тоже нет и быть не может. Я же исхожу из того диалектического положения, что заблуждение, если оно ищет и, мучаясь в сомнениях, пытается найти ответ на сложные и злободневные вопросы современности, тоже, в конечном итоге, ведёт к Истине. И, напротив, некритически воспринимаемая, абсолютизируемая, «законсервированная» истина может привести к большим заблуждениям. В конце-то концов, простите меня за банальность, но Истина рождается в споре, в столкновении противоположных точек зрения! Я буду безмерно рад, если моя книга, по крайней мере, вызовет жаркие споры, и в этой борьбе идей и мнений кто-то, более грамотный, чем я, взяв у меня «рациональное зерно», даст правильный ответ на те вопросы, которые поставлены, но, возможно, неверно решены мною в настоящей книге.

В конце книги я анонсировал её продолжение. Теперь, после издания «Капитализма», деваться мне некуда – придётся выполнять своё обещание! Только времени это займёт немало: писать большие книги, посвящённые архисложным и крайне запутанным вопросам, – занятие мучительно тяжёлое! Скорее всего, у «Капитализма» будут ещё вторая и третья части. Во второй части я рассмотрю т.н. глобальные проблемы человечества и покажу, что капитализм не способен их решить, что он ведёт человечество в тупик, к деградации и возможной гибели. А в третьей книге будет исследован политический кризис капитализма, углубление и обострение неразрешимых в рамках существующего строя социально-политических противоречий. И конечно же, мне придётся снова и снова возвращаться к проблемам экономики, ибо в ней, в экономике, в антагонизмах капиталистического способа производства коренятся причины всех противоречий и кризисных явлений капитализма.

Поэтому вторую книгу я обязательно начну с анализа последнего экономического кризиса, с изложения его уроков. Вот тогда-то я и выполню ту работу, которую не сделал сейчас, готовя к изданию первую часть своего труда, написанную до кризиса. Возможно, придётся признать ошибки и внести коррективы в свои теории.

Прошу у Вас, читатель, прощения за большой объём моей книги, за то, что отнимаю Ваше драгоценное время. Предмет моего труда – капиталистическая система – настолько сложен и многогранен, что ограничиться тоненькой книжечкой положительно невозможно. Во всяком случае, я сделал всё возможное, чтобы книга получилась как можно более простой, доступной и нескучной, чтобы она не превратилась в сухой академический трактат, сохранив при этом научность.

Всегда буду рад получить Ваши отзывы и критические замечания на электронный почтовый адрес: duk1971@mail.ru.

25 июля – 17 августа 2010 года

[1] «…конец истории как таковой, завершение идеологической эволюции человечества и универсализации западной либеральной демократии как окончательной [выделено мной – К. Д.] формы правления». «Триумф Запада, западной идеи очевиден прежде всего потому, что у либерализма не осталось никаких жизненных альтернатив» [Френсис Фукуяма. Конец истории? – Опубликовано в 1989 году. // http://www.netda.ru/
belka/nomipor/fukujama.htm <08.04.06>. Здесь и далее в треугольных скобках приводится дата получения мною соответствующего материала из Интернета].

[2] Надо полагать, в успешное завершение рыночных реформ (успешное – в смысле достижения «всеобщего благоденствия») свято верит лишь незначительный процент «искренних» демократов, демократов-романтиков, в основном из кругов буржуазной «творческой» интеллигенции и бывших диссидентов. Эти люди, сочетающие в себе высокую культуру, образованность и – зачастую – порядочность с несусветной глупостью и поразительной политической слепотой, наивно верили и до сих пор верят, что реформы пошли бы во благо народу, если бы проводились правильно. Основная же масса «демократов», пришедших во власть, все эти чубайсы, гайдары, немцовы, ющенки, пинзенныки и прочая, никогда не верила и не верит в свои рыночные сказки. Они изначально проводили реформы лишь в интересах своего класса и в целях личного обогащения, действовали абсолютно правильно и добились нужного для себя результата.

[3] А теперь немного пофантазируем. Представьте себе, что уже завтра на Земле каким-то чудом устанавливается коммунизм. В смысле отмены денег и распределения по потребностям, причём продуктов для такого распределения предостаточно. Прознав об этом, все «цивилизованные» обыватели ринутся с утра пораньше на склады и будут там хапать и мести всё подряд по принципу: «не съем, так понадкусываю». К обеду склады опустеют, и обыватели, накачавшиеся дармовым пивом, будут орать во всю глотку, что «проклятые коммуняки их снова обманули». Мол, опять у нас уравниловка, очереди, дефициты и т. п.! Коммунизм закончится в тот же день, не успев начаться! …Но если серьёзно, то переход к полному коммунизму может произойти лишь путём довольно длительной эволюции социализма, когда по мере развития производительных сил и постепенного преодоления на основе роста производительных сил товарно-денежных отношений будет меняться и социальная психология. Будет постепенно изживаться присущий современному обществу товарный фетишизм, проклятая власть вещей над людьми, заражёнными вирусом «вещизма».

[4] «Многие всемирно известные “антиглобалисты” заявляют, что они антикоммунисты и выступают против классовой борьбы, за так называемый “гуманный капитализм”» [Алека Папарига. Политика союзов Коммунистической партии Греции. – Марксизм и современность, 2003, № 1–2 (24–25). – с. 95–97]. Вот так вот: против глобализации – за «правильный», «гуманный» капитализм; против транснационального капитала …и против коммунистов! И, самое главное, никакой классовой борьбы!

[5] Нелишне будет напомнить, что, согласно опросу, проведённому через Интернет в конце 1999 года, Карл Маркс был признан «величайшим мыслителем тысячелетия». Основоположник научного коммунизма опередил таких гениев, как А. Эйнштейн, И. Ньютон, Ч. Дарвин, И. Кант, Р. Декарт, а также главного католического авторитета Фому Аквинского и модного Ницше. Это говорит о том, что Марксово учение, объективно истинное, имеет множество сторонников во всём мире. В том числе и в «цивилизованных» странах, где больше всего пользователей Сети, и среди молодёжи, составляющей основную массу «интернавтов». Какой же это всё-таки удар по нашим учёным питекантропам, которые твердят, будто марксизм умер, потерял всякую привлекательность для современного человека и превратился в религию нищих, ностальгирующих по Союзу и «старым добрым временам», давно уже «выживших из ума» старушек!

В своей книге я буду часто ссылаться на Маркса и цитировать его. Возможно, меня станут упрекать в том, что я слишком часто, не в меру и порой не к месту, цитирую великого классика. Что ж, я делаю это умышленно, чтобы открыть для юного поколения (приоткроюсь: я и сам ещё отношусь к молодому, хотя уже и не к юному, поколению) глубину и остроумие Марксовой мысли и приобщить его к чтению книг Маркса, «Капитала» прежде всего. Это произведение, быть может, и устарело в частностях, в самых мелких, незначительных деталях, связанных с особенностями современного развития производительных сил (и я иногда буду осмеливаться полемизировать с Марксом по поводу таких вот мелких деталей!), но в целом, в сути своей, оно не устареет никогда. Нельзя понять сегодняшний мир, нельзя научиться самостоятельно думать и стать по-настоящему образованным человеком, не прочитав «Капитал».

[6] Развитие марксизма, как и развитие любой другой науки, происходит по законам диалектики. Смена научных представлений диалектически включает в себя и момент преемственности. Новые теории не опровергают старые как таковые, но либо уточняют их, либо определяют границы их применимости, сохраняя фундаментальные положения классических теорий. Так, например, современная синтетическая теория эволюции (СТЭ) ни в малейшей мере не опровергает классический дарвинизм. Она сберегает «ядро» последнего – учение о естественном отборе, как движущей силе эволюции, – но при этом уточняет наши знания о механизмах и факторах эволюционного процесса. Точно так же «новый» марксизм, «марксизм XXI века», если таковой будет создан, лишь уточнит наши представления об особенностях и тенденциях развития современного капитализма и о путях революционного перехода к коммунизму. Причём сделает это не умозрительно, а опираясь на анализ современного состояния производительных сил и общественных отношений. Фундаментальные же положения «классического» марксизма – законы диалектики, материалистическое понимание природы и истории, трудовая теория стоимости и теория прибавочной стоимости, учение о классовой борьбе, социалистической революции и диктатуре пролетариата – пересмотру, безусловно, не подлежат. И не только потому, что они объективно истинны, но и потому, что без них марксизм перестанет быть марксизмом, утратит свою живую душу и свой боевой дух.

В то же время догматически заявлять, будто марксизм завершил своё развитие в трудах классиков и его дальнейшее развитие невозможно, – значит противоречить самому марксизму с его учением о неисчерпаемости материального мира и бесконечности познания, с его учением о диалектическом соотношении абсолютной и относительной истины. Развивающийся мир может описывать и объяснять только развивающаяся наука. Простое переложение классиков с обильным цитированием к месту и не к месту, чем грешат многие марксисты, – это сугубо схоластический путь, ведущий к отрыву от жизни и превращению марксизма в малочисленную эзотерическую секту, бессильную что-либо изменить в мире.

Василий Пихорович

Рецензия на книгу К.Дымова «Капитализм – система без будущего»

Можно смело заявить, что книга К.Дымова «Капитализм - система без будущего» - явление выдающееся и, во многом, уникальное.

Вообще-то, книг с критикой капитализма сейчас достаточно. Гораздо сложнее было бы найти сегодня книгу, в которой автор на полном серьезе начал бы воспевать капитализм и доказывать, что это очень хорошая система. Причем, среди авторов этих критических книг встречаются люди весьма и весьма талантливые. Достаточно вспомнить хотя бы А.Зиновьева, С.Кара-Мурзу, М.Калашникова, А.Паршева.

Чем же смог выделиться на этом блестящем фоне никому пока неизвестный автор из Львова К.Дымов? В первую очередь тем, что он критикует капитализм с точки зрения марксизма.

Ведь критика капитализма может быть разная. В конце концов, афганские талибы тоже критикуют капитализм. Слишком уж много свободы дает он человеку, считают они. Конечно, у большинства популярных критиков капитализма дело до требования восстановления средневековых порядков не доходит, но с талибами у них общее то, что, критикуя капитализм, они апеллируют к прошлому. Кто-то из них рекомендует вернуться к деревенской общине, кто-то к домонополистическому, честному конкурентному капитализму, кто-то к государственному капитализму, большинство же конструирует утопии, представляющие собою смесь перечисленных укладов. У этих теорий очень много привлекательного и интересного. Но, как и всяких других реакционных, то есть зовущих назад, утопий у них один только недостаток - они неосуществимы на практике. Точнее, их осуществление на практике на самом деле привело бы лишь к повторению уже пройденного пути, приведшего к тому, что критикуют их авторы.

Марксисты тем и отличались всегда от всех прочих критиков капитализма, что не просто возмущались его безобразиями, а исследовали объективные законы развития этого общественного строя, в том числе и объективные законы, по которым возможна замена капитализма другим более совершенным общественным устройством.

Есть множество горе-марксистов, которые считают, что после того, как Маркс, Энгельс и Ленин уже один раз проделали эту работу, то им самим уже больше думать не нужно. Этим самым они превращают марксизм в догму - мертвую и бесплодную.

Книга Дымова свидетельствует о том, что далеко не все марксисты таковы, и что марксизм сегодня является таким же надежным и плодотворным методом исследования социальной реальности, как и 150 и 100 лет назад.

Сам автор формулирует свою задачу в предисловии к книге так:

«Целью данной книги как раз и является - показать, на материале анализа мировой экономики и политики - и, по возможности, сделать это простыми и доступными словами, - что капитализм практически исчерпал возможности восходящего развития; что его обостряющиеся противоречия не могут быть разрешены в его рамках; что капитализм порождает проблемы, которые не в состоянии решить».

Как видите, К. Дымов не претендует на беспристрастность, как это принято среди профессоров, которые под видом объективности обычно протягивают самую бесстыдную апологетику капитализма.

Да и как можно оставаться беспристрастным в условиях, когда капитализм очевидно ведет человечество к гибели. Поэтому К. Дымов и ставит задачу прямо - показать для тех, кто этого еще этого не понял, что гибель капитализма неизбежна. Вопрос состоит только в том, сумеет ли человечество уничтожить капитализм раньше, чем он уничтожит человечество.

Автор полностью отдает себе отчет в том, что показать это не так-то легко. Насчет капитализма сложилась масса предрассудков в головах не только обычных обывателей, но и ученых, даже в головах его критиков.

Обычно все, кому не лень критикуют его недостатки, практически все уверены, что у него есть и масса достоинств, но все дело в том, что какие-то нехорошие люди - политики, олигархи и т.п. - просто не хотят жить по-честному. К. Дымов на огромнейшем эмпирическом материале доказывает, что это - иллюзии, что, на самом деле, все недостатки капитализма являются прямыми следствиями его достоинств, что давным-давно уже эти достоинства, когда-то и в самом деле играющие прогрессивную роль, превратились в сплошные недостатки.

То, что когда-то составляло достоинства капитализма, который в свое время действительно представлял собой единственно возможную общественную форму для развития производительных сил, сегодня является, скорее, только основой для иллюзий, которыми живут едва ли не все участники общественного производства и за рамки которых выйти практически невозможно, не выходя за рамки самого этого способа производства.

Выйти же за рамки господствующего способа производства хотя бы на уровне сознания возможно исключительно только одним способом - освоив диалектический способ мышления. Только он дает соответствующий исторический масштаб, позволяющий видеть действительность не только в ее наличном бытии, но и в развитии, видеть не только настоящее, но и будущее любого общественного строя, не только законы его существования, но и законы его смены другим общественным строем, более прогрессивным. Притом, смена эта меньше всего зависит от воли и желания людей. Новый строй не придумывается людьми, необходимость его появления неизбежно вырастает из условий, сложившихся при существующем положении вещей. Эта смена не наступает автоматически. Неизбежно только то, что старый строй исчерпывает себя и создает необходимые условия для нового строя. Но одним из этих условий является сознательная деятельность людей по замене старых стихийно действующих законов производства и накопления общественного богатства новым, сознательным подходом, основанным на знании и понимании действительных целей общественного производства и путей их достижения.

Автор книги полностью уверен, что таким диалектическим методом, позволяющим увидеть общество в его развитии, является марксизм. Он убедительно доказывает, что основные законы капитализма, открытые Марксом во второй половине ХІХ века, остаются действительными для сегодняшнего дня и что все изменения, которые произошли за это время не только не поколебали их, но приносят все новые и новые доказательства правоты классика. Он уверен, что капитализм вовсе не превратился, как считают многие современные его апологеты, в общество потребления, а продолжает оставаться обществом, ориентированным исключительно на производство прибавочной стоимости, где потребление играет исключительно подчиненную роль и из повода для производства капитала уже давно превратилось в инструмент этого производства.

«Товаропроизводителю надо сбыть товар, реализовать и присвоить его стоимость, а как он будет потреблён покупателем, как будет реализована потребительная стоимость, - его это мало заботит. Пусть хоть товар после продажи сгорит ярким пламенем - лишь бы это не случилось до продажи! ...Прибыль - единственный движущий мотив деятельности капиталиста. «Забота о потребителях», «создание рабочих мест», «работа во благо народа и отчизны» - всё это в устах буржуа лишь «пиар», красивое словоблудие, рассчитанное на легковерную публику».

Если что-то и поменялось в этом отношении со времен Маркса, то масштабы, в которых ведется воспроизводство капитала.

Автор отмечает следующее:

«В отличие от мелкого товаропроизводителя, живущего своим трудом, он создаёт производство не для удовлетворения своих личных потребностей, не ради личного присвоения потребительных стоимостей. Его целью не является «продажа ради купли». Целью капитала является именно самовозрастание его стоимости, и притом самовозрастание безграничное; его цель - беспрестанная «купля ради продажи с прибылью» во всё нарастающих масштабах. «...движение капитала не знает границ» [К. Маркс. «Капитал», книга первая, глава 4]... Объективные условия капиталистического бытия с его безжалостной конкуренцией заставляют капиталиста стремиться к максимальной, как можно большей прибыли, к безграничному увеличению размеров своего капитала».

Но такое, на первый взгляд, чисто количественное увеличение масштабов производства прибавочной стоимости приводит к качественному изменению характера самого капитализма. Из общества свободной конкуренции, которая и в самом деле когда-то способствовала развитию производительных сил и даже политическому развитию общества, он превращается в нечто ровно противоположное - в общество полного и всеобъемлющего господства монополий как в экономической так и в политической сфере.

«...шансы выжить в беспощадной конкурентной борьбе тем выше, чем крупнее капитал. Чем больше масштабы производства и, вообще, бизнеса, тем меньше издержки производства и обращения, а это позволяет снизить цены и «убрать» конкурентов. В общем, чем крупнее фирма, тем легче ей завоевать и удержать рынок, а значит, выжить и победить в не утихающей борьбе «за место под солнцем».

Наконец, чем бóльшим богатством обладает тот или иной капиталист, тем бóльшие он имеет возможности воздействовать на власть и самому быть во власти. Только крупный капитал даёт его владельцу реальное, а не фиктивно-декларативное, право избираться самому или «всенародно и свободно избирать» своих подручных в парламент и другие законодательные органы, назначать угодных министров, мэров и даже президентов. «Власть» - отнюдь не есть, как думают некоторые, вопрос честолюбия, не есть вопрос удовлетворения гипертрофированных амбиций. Это есть, снова-таки, чисто экономический вопрос, вопрос выживания и победы в конкурентной борьбе, так как посредством «вхождения во власть» капиталист получает возможность лоббировать свои бизнес-интересы, проталкивать нужные себе законы, получать выгодные госзаказы, льготы, субсидии и т.д. Ради обладания этими политическими инструментами ведения конкурентной борьбы капиталисты и рвутся во власть, затрачивая миллионы долларов на ведение предвыборных кампаний».

После того, как крупный монополистический капитал захватывает в свои руки политическую власть, он подминает под себя все сферы общественной жизни. Где силой государственного принуждения, где подкупом, где, комбинируя оба этих способа, он заставляет работать на себя школу, науку, искусство, философию. Что касается такой деликатной сферы, как религия, то она при капитализме, не переставая оставаться инструментом идеологического господства правящего класса, сама превращается в весьма доходный бизнес. И если производство монополистический капитал вынужден хоть как-то развивать (в основном, то есть в большинстве стран мира и в отраслях, наиболее нужных для удовлетворения первостепенных потребностей большинства людей он его всячески подавляет), то в таких сферах как наука, искусство, философия, наступает эпоха полного разложения и деградации. И наука (особенно, общественная наука), и искусство, и философия живут и развиваются только до тех пор, пока они рассматривают мир критически. Но именно за критику существующего положения вещей монополистический капитал платить не намерен, ибо оно его полностью устраивает. Поэтому философия и наука в своей массе превращаются в апологетику, а искусство деградирует до уровня ремесла, призванного обслуживать крупные отрасли промышленности.

Но сама книга Дымова служит ярким доказательством, что далеко не вся наука превращается в апологетику. В науке вообще редко что решает масса. Бывают случаи, когда всего одна книга или даже статья может сделать куда больше, чем сотни и тысячи так называемых «публикаций», которыми меряются рейтинги ученых, но которых никто, кроме их авторов, не читает. Даже родственники.

Несомненно, что книга «Капитализм - система без будущего» - одна из тех книг, которые способны если не сделать поворот в современной экономической науке, то, по крайней мере, спасти ее честь. Для этого достаточно того, что, будучи законченной еще за полтора года до начала кризиса (автор специально ничего не менял в книге перед ее обнародованием), она не только предсказывает его, указывая, что, он начнется именно в США но и достаточно ясно раскрывает механизм его разворачивания с учетом специфики современного состояния мирового капитализма. В то время, как большинство экономистов радовались необычайному росту продаж на рынках недвижимости в США, рассказывали сказки о том, что нас спасут высокие технологии, К Дымов совершенно верно отмечал, что именно эти отрасли являются самыми ненадежными, что именно с них начнется кризис.

Что касается так называемых информационных технологий и их роли в развитии современного общества, то этому вопросу в книге отводится особое место. Этой проблеме посвящена уже первая глава книги, которая называется «Современные производительные силы. Информационная революция».

Центральной идеей этой главы является мысль о том, что «каждая общественно-экономическая формация основывается на определённой материально-технической базе - на некоторой совокупности применяемых средств труда, достижений науки, техники и технологии».

Автор сначала проверяет верность и надежность этой мысли на материале истории, а потом выдвигает гипотезу о том, что сегодня мы имеем дело со становлением нового способа производства, который он называет информационным способом производства, который в принципе несовместим с капитализмом и который для своего развития требует ликвидации частной собственности на средства производства.

Начало перехода к информационному способу производства автор связывает с изобретением и широким применением компьютерной техники и созданием информационных сетей. Мы, конечно, не станем спорить по поводу того, что действительное развитие автоматизированных систем сбора и обработки информации в условиях частной собственности сильно тормозится и является контрпродуктивным. Не вызывает сомнения и та мысль автора, что для раскрытия действительных возможностей этих систем нужно ликвидировать частную собственность на средства производства, коммерческую тайну, право интеллектуальной собственности и прочие искусственные барьеры на пути развития компьютерной техники, программного обеспечения и глобальных информационных сетей. Но сама концепция информационного способа производства кажется не совсем обоснованной с точки зрения философской. Вот как рассуждает К. Дымов:

«С чего начинается трудовая деятельность человека, направленная на производство какого-либо продукта? Она всегда начинается с выработки идеи, с идеального образа этого изделия, с проекта («прототипа», «прообраза») вещи, способной удовлетворить некоторую потребность человека, осознанную им».

Надо отдать ему должное, он сам чувствует, что в этом подходе есть некоторая слабина, поэтому сразу оговаривается:

«Первичность проекта создаваемой человеком вещи по отношению к самой этой вещи не означает, разумеется, что идеальное вообще первично по отношению к материальному. Ведь идея вещи не возникает в голове человека ex nihilo («из ничего»), сама по себе. Идеи генерируются в человеческом мозге на основе знаний, полученных в процессе активного отражения материального мира - мира, существующего объективно, до и независимо от сознания человека. Материальный мир является первоисточником всех наших знаний».

То есть автор не хочет, чтобы его заподозрили в идеализме и совершенно справедливо считает, что для этого никак недостаточно того, что его слова являются всего лишь пересказом известной мысли Маркса об архитекторе и пчеле. Согласитесь, что это показатель научной добросовестности, когда автор не удовлетворяется ссылкой на авторитет, а сам старается додумать мысль до конца. К. Дымов явно принадлежит к авторам крайне добросовестным. Он не останавливается на очень выгодной для его концепции мысли Маркса, а пытается найти материальные основания той идеи, которую «архитектор» позже воплотит в материале.

Это, конечно, материализм, но еще пока тот материализм, который называется естественнонаучным, который полностью разделяет все недостатки домарксовского материализма, главный из которых, как известно, «заключается в том, что предмет, действительность, чувственность берётся только в форме объекта, или в форме созерцания, а не как человеческая чувственная деятельность, практика...»

Подход К. Дымова, увы, страдает точно таким же недостатком. Материальное и идеальное, способ материального производства и «информационный способ производства» рассматриваются им как вещи очень тесно связанные, даже, неразрывно связанные, но, тем не менее, разные, имеющие разное происхождение - одно порождается природой или процессом материального производства, второе - головой или процессом «информационного производства».

Одной из главных причин этой непоследовательности, на наш взгляд, является то, что уже при определении того, что такое информация, автор пользуется не марксистским, а позитивистским подходом. Впрочем, этого невозможно избежать, приняв само понятие «информация». Потому, что на самом деле, это и не понятие никакое, а представление. Соответственно, его нельзя раскрыть, а можно только описать.

К.Дымов, говоря об информации, косвенно ссылается на марксово определение идеального, когда говорит о том, что «трудовая деятельность человека, направленная на производство какого-либо продукта начинается с выработки идеи, с идеального образа этого изделия, с проекта («прототипа», «прообраза») вещи, способной удовлетворить некоторую потребность человека, осознанную им».

Но философская категория идеального и в общем-то бытовое представление об информации - это далеко не одно и то же. Отражают они, конечно, один и тот же «предмет», но отражают они его совершенно по-разному. Марксистское понятие идеального начинается там и тогда, когда мы начинаем понимать, что идеальное не является каким-то отдельным «предметом», что производится оно не в мозге отдельного индивида, а в процессе общественного труда, притом не специфического труда «информариата», как считает, К. Дымов, а в процессе труда всего общества на всем протяжении его существования и развития.

Даже те же самые компьютеры не выдумываются конструкторами из головы, а представляют собой с самого начала лишь усовершенствование предыдущих устройств, предназначенных для счета, и конечной причиной их возникновения являются не те или иные процессы в голове их «архитекторов», а соответствующее развитие материальных производительных сил (уже Лейбниц и Паскаль, не говоря о Бебидже и Аде Лайвелс, формулируют все основные принципы, на которых строится работа электронно-вычислительной машины, но появляется она почему-то только в ХХ веке) и производственная потребность, порожденная этим развитием.

Впрочем, когда К. Дымов начинает анализировать действительный процесс развития компьютерной техники и последствий ее применения в науке и производстве, он приходит к вообще-то верным выводам. С одной стороны, - считает он, - широкое использование компьютерной техники несовместимо с капитализмом, а с другой - оно может составить основу для нового способа производства.

Единственное, что нужно было бы добавить, что само по себе использование компьютеров не может ни помешать капитализму, ни породить новый способ производства. Несовместимость развития компьютерных технологий с капитализмом вовсе не обязательно может выразиться в исчезновении капитализма. Вполне может оказаться, что капитализм будет всячески ограничивать развитие компьютерной техники, направляя его по ложному, тупиковому пути. Сегодня мы имеем невероятное количество вычислительных мощностей, но разве это помогло избежать кризиса? А то, что на теперешнем компьютере порно можно смотреть в гораздо лучшем качестве или «шпилить» практически в полном «реале», вряд ли, находясь в здравом уме, можно считать развитием компьютерной техники. Развитие информационных технологий само по себе так же мало влияет на изменение способа производства, как мало значит любая, даже самая гениальная мысль (слово информация здесь даже употреблять смешно), до тех пор, пока не созрели материальные условия для ее осуществления.

Такими материальными условиями, в которых могут правильно развиваться информационные технологии и в которых они могут действительно превратиться в «материальную базу коммунизма», является общественная собственность на средства производства, организация производства не на основах обмена, купли-продажи, а на основе научного управления из единого центра. Только в таких условиях информационные технологии действительно развиваются как могучее средство усиления человеческих сил, а не превращаются в орудие по «производству денег из воздуха», как это есть сейчас.

К сожалению, в книге практически отсутствует анализ развития компьютерной техники и идей, связанных с ее применением в СССР. Автор дает богатейший материал по истории информационных технологий на Западе, но ничего не пишет об отечественных достижениях в этой области. А они были весьма неординарны и куда более перспективны, чем то направление развития информационных технологий, которое господствует сегодня. Речь идет в первую очередь об идее Общегосударственной автоматизированной системы управления экономикой, разработанной под руководством академика В.М. Глушкова (смотрите подробней об этом здесь http://vt-i-pm.narod.ru/mat/glu.html). Не говорится ничего в книге и о весьма интересном опыте создания автоматизированной системы сбора и обработки экономической информации «Киберсин», осуществленного под руководством известного английского кибернетика С. Бира для правительства Народного единства в Чили http://contr.info/content/view/1347/43/lang,uk/.

На наш взгляд, это крупный недостаток книги, поскольку нет сомнения, что именно на путях применения современных информационных технологий в качестве инструмента управления процессом общественного производства возможна ликвидация частной собственности на средства производства и характерных для этого уровня развития производительных сил рыночных, товарно-денежных отношений, общественного разделения труда, жертвой которого оказываются все участники капиталистического производства.

Но указанные недостатки нисколько не снижают ценности этой книги. Во-первых, это только первый том, и можно с полным основанием надеяться, что в последующих томах автору удастся исправить указанные недочеты. Гарантией этой уверенности является то, что автор очень много и продуктивно работает не только над экономическими вопросами, но и над повышением уровня своей философской культуры, свидетельством чему замечательная статья «Дарвин и сегодня живее всех живых», опубликованная недавно на нашем сайте.

Сегодня мы публикуем в библиотеке нашего сайта также и эту замечательную книгу. Помимо уже перечисленных выше достоинств, она хороша еще и тем, что представляет собой самую настоящую экономическую энциклопедию современной эпохи. На ее семиста с лишним страницах вы найдете массу интереснейших фактов, которые перевернут ваше представление о действительном состоянии современной экономики, там представлены и критически проанализированы многочисленные высказывания экономистов из числа как сторонников, так и противников капитализма. Считаю, что книга К. Дымова «Капитализм - система без будущего» должна стать настольной книжкой (речь пока идет исключительно о рабочем столе компьютера, поскольку денег на публикацию ее в бумажном виде у автора нет) каждого думающего человека, желающего разобраться в том, что представляет собой современная экономика и каковы пути ее дальнейшего развития.

Ранее книга была уже опубликована на сайтах http://www.prometej.info и http://www.mexnap.info

http://propaganda-journal.net/1007.htm